Вспоминая трагедию. Н. Павлов

Вспоминая трагедию.

В далеком 2000-м году на Окт. Жд произошла трагедия, о которой много писали, говорили, но как мне кажется, что то недосказали. И вот в 2005 году в газете «Локомотивсоюз» №13 была напечатана статья, посвященная этому событию. Автор статьи машинист Н. Павлов из депо Пушкино. Благодаря тому, что автор человек не “левый”, рассказ получился живым и до боли в груди понятным.
_____________________________________________________________________________

Локомотивсоюз №13 (80), 2005г

Мои друзья машинисты

26 января 2000 года на перегоне Торбино – Мстинский мост произошла трагедия, унесшая жизнь помощника машиниста Михаила Токарева.
Он, протянув мне руку, представился: «Огнев Андрей, машинист электровоза депо Санкт-Петербург –Московский». –«Тот самый?- не скрывая удивления, поинтересовался я. – Поговорим?» «Ладно», – коротко бросил он, подтвердив согласие кивком головы. И чуть заметная улыбка, тронув уголки губ, придала его лицу наивно смущенное, как у застенчивого ребенка, выражение.
Реквием поезду №612

…Сон был тяжел, бесконечен, ощутимо реален и тем вдвойне отвратителен и мерзок. Тысячу раз объезженный, отлаженный, знакомый до винтика локомотив вдруг, словно взбесившийся конь, несет твой поезд с все увеличивающейся скорость… Уходят из-под колес блестящие нитки рельсов, неотвратимо надвигается багровый зрачок светофора. Ужас охватывает не оттого, что вот сейчас Вселенная расколется на тысячу огненных кусков и тебя уже не будет, а оттого, что ты не слышишь тревожно знакомый свист уходящего из тормозной магистрали воздуха, не ощущаешь привычного замедления экстренного торможения. Ужас оттого, что ты ничего не в силах изменить.
Скупые кадры хроники. Морозная дымка над развороченным полотном, в беспорядке смешавшиеся опоры контактной сети, какие-то бревна, шпалы. Свалившиеся под откос классные вагоны, неестественно страшные торчащими в небо колесами. Чуть в стороне, на боку, красный «чех» – пассажирский электровоз ЧС2Т. Дилетантские комментарии корреспондентов ведущих телеканалов. И мысли, собственные мысли. Значит так: «Причин, скорее всего, две. Нет, три: либо проезд запрещающего сигнала, либо неисправность пути, либо неисправность автоблокировки ( и тогда дай вам Бог выжить, ребята!). Следов от пожара на локомотиве не видно, значит, лента скоростемерная цела, а это уже удача!» И ко всему досада: э-эх, ну вот опять!
Каждому машинисту и помощнику известно то противнейшее состояние, когда в ночь-полночь в комнату отдыха входит дежурная: «Пора, ребята, вставайте!» В это время ты ненавидишь свою работу, проклинаешь, день, когда решил стать машинистом. Каждая клетка твоего тела протестует против наглого вмешательства в биоритмы организма. Тоска сжимает грудь, сон не отступает. И лишь усилием воли заставляешь себя подняться с теплой постели. Потом это проходит, и за контроллер уже садишься в полной готовности. Но сегодня все шло не так. Много хуже было сегодня! Тревога, защемив сердце, ила не отпуская, кричала в уши: «Не надо сегодня ехать, не надо!» Отказаться? Под каким предлогом? А кто поедет? И Андрей Огнев, шагнув в студеную ночь, провалился как в прорубь. Эх, будь, что будет!
Звонко побрякивал в морозном воздухе по колесным парам электровоза смотровой молоточек помощника машиниста Мишки Токарева, весельчака и рубахи парня, с которым Огнев работал уже с месяц и за это время успел сдружиться и сработаться. «Ну, чего ты, Андрюха? Ты чего смурной такой? Домой едем, да и машина ничего, вроде», – шевелил, раскачивал машиниста помощник. «Чех», ЧС2Т-982, и, правда был хорош. Запись только одна – по работе АЛСН, да и ту неполадку исправили, устранили (штамп и роспись исполнителя – все как полагается).
Отправились с поездом №612 «Великие Луки – Санкт-Петербург» с десятиминутным опозданием. Машина шла ходко, без особого труда разгонялась до 120 км/ч, Андрей сбросил контроллер. Видимость хорошая, лишь низкая морозная пелена, как одеяло из ледяной ваты окутывала землю, колючей моросью летела в стекло, разбиваясь об него и исчезая в ночи. Ехали хорошо, по «зеленой улице». Рация молчала. В кабине тепло и уютно. И ночные мрачные предчувствия уже казались машинисту Огневу нелепыми. Глоток горячего чаю из термоса окончательно перевел мысли в привычное, спокойное, рабочее русло. На блоке индикации светились цифры 115 км/ч, когда в изгибе пути Андрей ясно разглядел стоящие впереди вагоны грузового поезда с красным диском дневного ограждения последнего вагона. Проходной светофор, точка №3 горела зеленым огнем! И лишь жалобно пискнув напоследок, на локомотивном светофоре выскочил белый.
Очнулся он, когда его на одеяле куда-то волокли. Ясно слышал голос: «Ну, куда прешь?! Здесь штабной вагон!». И другой, помягче: «Машинист это, не видишь что ли?!» Первый голос изменился, стал теплее, но громче и властнее: «Освободить купе срочно!» Когда поднимали в вагон, закричал Андрей дико (то ли от страшной боли, то ли осознав, что случилось): «Мишка, Мишка где?» И тише уже добавил: «Жене анне не говорите». Больше ничего не помнит. Ни как на вертолете в Питер везли, ни операции не помнит, ни товарищей, навещавших его чуть ли не всем депо.

Виновниками в этот раз оказались не записные получатели пинков и оплеух локомотивщики, а элита транспорта – кичащихся сложностью своих схем и своими «высокими лбами» СЦБисты, неприступные в своем праве командовать всегда и везде движенцы. Уверен, им по силам решить две несложные задачки из школьной программы 5-6 классов. И так, первая. Время реакции машиниста может достигать 10 секунд и более. Зависит от многих факторов, в том числе и от возраста машиниста, его настоящего самочувствия, скорости движения поезда и т.п. Скорость поезда №612 составляла 115 км/ч, расстояние до хвоста впереди идущего грузового – около 400 метров. Успевал ли машинист Андрей Огнев перевести ручку крана машиниста в 6-е положение?
Задача вторая. Между пунктами А и Б (Торбино – Мстинский мост) движутся в попутном направлении два поезда. Скорость первого, грузового, 80 км/ч, скорость поезда №612 – 120 км/ч. Когда и где пассажирский поезд нагонит грузовой и врежется ему в хвост?
Цена ошибки – не жирная двойка в школьной тетради, а жизнь помощника машиниста Михаила Токарева, погибшего на своем трудовом посту, здоровье и нервы машиниста 3-го класса Андрея Огнева, пассажиров и персонала поезда №612, имевших несчастье оказаться заложниками всеобщего железнодорожного разгильдяйства и беспредела.

Эпилог
Простите нас без вины виноватых, ребята, за то, что не мы оказались на вашем месте в ту страшную морозную ночь 26 января 2000 года. Обнеси нас чашей сей, святой Николай-угодник, покровитель и заступник вечно путешествующей нашей братии – друзей моих машинистов.

Н. Павлов, депо Пушкино.

Предоставил Дм.Чернов

При испольозовании данного материала ссылка на данный ресурс обязательна